- Удар! - серьезно и сочувственно откликнулся старец. - Но если у крестьянина град выбивает всходы - разве закатывает он глаза к небесам и произносит речи о воле Безымянных? Нет, он тяжело вздыхает и готовится к следующему посеву. Так может ли потомок Первого Вепря быть менее мудрым и стойким, чем жалкий землепашец?

- Ну, если это и есть советы, за которые я так щедро плачу...

- Мудрость не может оплачиваться слишком щедро... Но мой государь хотел говорить не об этом, верно?

- Не нужно быть колдуном, чтобы догадаться... Я приехал из-за Морских Кланов. Они вконец обнаглели - не пропускают к нам торговые суда. И я уверен, что за пиратскими рейдами, которые лишили меня четырех прекрасных кораблей, скрываются все те же хищные твари - Спрут, Акула и Альбатрос!

- "Соленая пена", "Бурун", "Крик чайки", "Летящий", - тихо и серьезно произнес седой чародей, вновь устремив взор в огонь. И при каждом слове в груди Нуртора тупо колыхалась боль утраты.

- Ты неплохо осведомлен, почтенный Айрунги, - недобро прервал он старца. - Вижу, у тебя есть уши при дворе.

- К чему мне платить шпионам? - кротко отозвался бархатный голос. Огонь - это книга, хранящая множество тайн, дивных и страшных. Тайны эти открываются бесплатно - сумей лишь прочесть. Ибо сказано мудрыми: "Для тех, кто хочет видеть, боги создали свет, для тех же, кто не хочет, - мрак... " Вглядись в пламя, государь, в самую глубину его, в самую душу...

Король отшатнулся, словно огненные языки выплеснулись из очага ему в лицо.

- В самую душу? Что... что ты знаешь о Душе Пламени, старик?!

Лицо Айрунги мгновенно стало замкнутым, отстраненным.

- Государь, мы должны довольствоваться тем, что открывают нам Безымянные... или та, что имеет слишком много имен, ни одно из которых я не хочу называть. Оставь богам их тайны, не пытайся узнать больше того, что начертано пред тобой пылающими буквами... - Внезапно голос колдуна стал резким и повелительным: - Да взгляни же!